Среда, 18.10.2017, 22:20
Главная  Регистрация  Выход  RSS
Вы вошли как  Гость | Группа "Гости"  Приветствую Вас, Гость
Наша кнопка


Наш значек

Наш Герб
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Кто нас сегодня посетил?



Форма входа
Друзья сайта

Главная » 2017 » Март » 11 » Артамонов снова с нами
21:40
Артамонов снова с нами

Кто из нас не помнит Владимира Артамонова, нашего однокурсника, туриста, барда, поэта. Хорошим другом был Артамон, так его любя называли друзья. Много хороших эпитетов можно добавить в адрес этого человека, но главная проблема, что его уже нет с нами. Но память о нем жива в его песнях и стихах, в воспоминаниях, в фотографиях, в походных дневниках, которые он писал.

Мысль о том, чтобы создать страничку об этом замечательном человеке на нашем сайте у меня витала уже давно. Но вот спасибо его жене Ирине и еще одной подруге - Вале Кармазиной, я получил практически полное собрание его поэзии. Сейчас я только делаю небольшой релиз, но вскоре выделю отдельную страницу для увековечивания его памяти и его творчества. Ну как забыть все после таких строк, написанных им перед уходом...

Были мы студентами, друзьями
И любили жизненный простор,
Трое нас: Артем, Вербенко, Даня,
Да ещё туристов стройный хор.

И не под какой звездой кремлёвской,
Чтобы нам расширить кругозор.
Казимир Романыч Разумовский
В горы нас единожды повёл.

И с тех пор, уж сколько себя знаю,
Было счастье главное в душе,
Тот поход в заснеженном Домбае,
И мороженое с снегом, что в ведре.

А затем – походы да походы,
Вверх и вниз взбираясь иль скользя.
«Трикони приладь, дружище, что-ты!»
«20-ть дней – подумаешь, фигня!»

Крым, Карпаты, Украины степи –
Мы ногами нашагались впрок,
И не только благодатным летом,
А в колючий зимний ветерок.

Перевалы, и леса, и горы,
У костра девчонок тихий смех,
И гитары вздохи, переборы,
Песни, что мы пели лучше всех.

Было всё в прекрасной нашей жизни,
Было и прошло, как яркий стих.
Только с этим вы, ребята, не миритесь
И не забывайте дорогих.

Дорогих друзей, что с рюкзаками,
Протоптали ни одну тропу.
Тех друзей, что пели вместе с вами,
С той гитарой дивную строку.

Да, теперь не светят нам зарницы,
И не громыхает небосвод.
Я лежу, как раненая птица,
Ваше дело – вновь идти в поход!

Очень жаль, что не осталось записей его песен. как-то об этом мы не думали в ту пору, да и технических средств не доставало. Но его хриплый и громкий голос мог поднять усопшего, когда он пел свои знаменитые "Танки". Помню Один из конкурсов туристской и самодеятельной песни, который проходил во Дворце студентов в Днепропетровске. После того, как он вне конкурса спел свои "Танки", то сколько мы шли пешком на вокзал по проспекту Карла Маркса, столько и слышали эту песню.

С удовольствием печатаю текст этой песни:

Никогда не забыть той землянки
И снарядов ревущий полет,
Долго будет мне слышаться: «Танки»,
Надо мною комбат заорет.

Привев:
Танки, танки, танки!
Гусениц ряды, черные кресты.
Танки, танки, танки!
Толстая броня, длинные стволы.

Были мы не герои, а асы
И со смертью играли ва-банк,
Человек из костей и из мяса
Лез с последней гранатой под танк.

Привев

Мы свой долг исполняли солдата,
И сказав нам: «Ни шагу назад,
До последнего стойте, ребята»,
Пал геройскою смертью комбат.

Привев

И доверие мы оправдали,
А когда отгремели бои,
Только танки на поле пылали,
Загораясь от нашей крови.

Привев

      Хорошо помню, как Володя начинал свою творческую жизнь Барда. Мы с ним ходили в походы, я играл на гитаре, пели мы тогда великолепные песни Высоцкого, Окуджавы, Кукина, Клячкина, Визбора и др. Володя очень хотел тоже овладеть гитарой. Снами еще в походах частенько бывал Ларченко Владимир. Он неплохо тоже играл на гитаре. Вот мы вдвоем натаскивали Артамона этому нехитрому ремеслу, и у него довольно быстро начало получаться. И тогда из него посыпались его песни, которые я до сих пор очень люблю и всегда с удовольствием исполняю. Это бывает редко. Вот так наша дружба и общая привязанность к кострам, походам и конечно песням у костра родила Барда Владимира Артамонова. На память об этих прекрасных моментах у меня осталось фото с Володиным автографом

Секция туризма, которую в институте возглавлял Роман Казимирович Патер-Разумовский стала на время нашей учебы вторым родным домом. Сколько дорог исхожено с рюкзаками - не посчитать. Карпаты, Крым, Северный Кавказ и местные достопримечательности Днепропетровщины. Чего стоило тогда природное великолепие берегов Днепра близ Николаевки: Сомивка, Рыбачий ...

Конечно самым запоминающимся и эпохальным был поход 3 категории сложности по Северному Кавказу - 5 перевалов, 20 дней в горах, переправы через горные реки, спуски на обвязке с крутых склонов и обрывов, дождь, туман, снег - короче приключений было много, что породило немало песен. Конечно же тема войны присутствовала незримо, потому что в этих местах были жестокие бои, много обелисков, памятников погибшим воинам. Все время попадались на глаза следы войны - снаряды, осколки, гильзы, и прочая ржавая военная амуниция. Да и сам поход был под девизом:  "По местам боевой славы"...

Домбай. Пик Сафруджу

Берег левый, берег правый. Переправляется Артамон

Привал после тяжелого перехода через перевал. Папарацци - Артамонов

Памятник погибшим воинам перед перевалом Халега

Нашей задачей было проведать обелиск на перевале Халега, что близ Марухского перевала, которые установили наши студенты год назад.

Конечно же в результате Володя написал прекрасную песню и подарил ее мне, чтоб я выступил на слете в Приднепровске в 1968 году и эта песня заняла первое место.

Вот слова этой песни, постараюсь ее спеть, но это потом

Обелиски

С неба звезды смотрят низкие,
Снег да льды.
Над Марухом обелиски –
Войны следы.

ПРИПЕВ: Обелиски, обелиски
На Халеге, на Пхие.
Это память – обелиски
О прошедшей здесь войне.
Обелиски, обелиски
По всей земле.
Это память – обелиски
О погибших в той войне.

Было небо ночью мглистое,
Снарядов вой.
И вставали обелиски,
Где упал герой.

ПРИПЕВ.

У ребят во взгляде искры
Стоят без слов,
Положили к обелиску
Букет цветов.

ПРИПЕВ.

И еще одна шуточная песня, "выстраданная" этим походом на тему песни Аркадия Северного " На Колыме где тундра и тайга кругом "

Песня о кавказском походе

На Северном Кавказе,
Где леса и снег,
На Северном Кавказе – благодать,
А нам с бригадой, лесов не надо,
Нам надо на Архыз шагать.

Ведь где-то там, в Архызе,
Бросив отчий дом,
Володя Ларченко давно нас ждет.
Он над гитарой слезы роняет,
Не курит с горя и не пьет.

В горах то солнце, то мороз,
То дождь, то снег,
Но нам на непогоду наплевать.
Что нам природа?
Что непогода, когда все время
Хочешь жрать.

Уж кушали и червяков, и пауков,
Я б, кажется, слона сейчас срубал,
Но, вот обидно, слонов не видно,
А рацион ужасно мал.

В страстях желудка время незаметно шло,
Уже порою свет ставал не мил.
Меня больного, совсем хромого
Козлов к Архызу проводил.

Так, где же ты, Вова Ларченко, любовь моя?
Давным-давно тебе приехать срок.
Всё выжидаю и выжимаю
Я свой заплаканный платок.

Вообще в творчестве Артамонова все переплелось - Высоцкий с Акуджавой, Визбор с Клячкиным, Кукин и Галич - и не удивительно, ведь он вырос на их песнях, он их впитал, как младенец молоко у матери. У Артамонова много лирики, притом уникальной. Его песни просты, легко запоминаются и очень по философски умны. Да и что удивительного, круглый отличник и в школе - золотая медаль, и в ВУЗе - Красный диплом, очень начитан, эрудирован, прилично воспитан хорошим манерам.  Вот некоторые из них

Осень

Опять с берез летит листва,
И я иду по листопаду,
И вспоминаются слова,
Которых говорить не надо.

ПРИПЕВ: Ведь не всегда под шепот слов,
Которых говорить не надо,
К тебе придет из давних снов
Твоя любовь под листопадом.

На дым дешевых сигарет
Походит дым костров осенних,
Не говоришь ни «да», ни «нет»,
А лишь краснеешь от смущенья.

ПРИПЕВ.

Мне эту осень не забыть,
Как много в ней тепла и холода.
Я буду осенью ловить
Моей весны увядшей золото.

ПРИПЕВ.

 

Облака

Снова на сердце грусть и истома,
Гонит весна нас в гору из дома.
Там облаков уплывают отары
За перевалы, за перевалы.

Снова друзья собралися вместе,
Будем идти, будем петь наши песни,
Где облаков уплывают отары
За перевалы, за перевалы.

Дым от костров и дожди по неделе,
Наша палатка, да осины и ели,
И облаков уплывают отары
За перевалы, за перевалы.

Бурные реки, снег под ногами,
Горное лето прощается с нами,
И облаков уплывают отары
За перевалы, за перевалы.

 

Ленинградский дождь

Сам с собой затеваю я эту игру,
Застывают слова на балтийском ветру,
Для чего говорить?
Ни отдашь, ни возьмешь,
Между мной и тобой
Расстоянья и дождь.

ПРИПЕВ: Этот дождь, холодный дождь
Мочит крыши домов фасады их.
Этот дождь, проклятый дождь
Всё унес, что меня так радует.

Петропавловский шпиль изогнулся дугой,
Знак вопроса поставил над хмурой Невой.
На кого ни посмотришь,
Куда ни пойдешь,
Ничего не отдашь, ничего не вернешь.

ПРИПЕВ.

Папироска моя мечет искры во тьму,
Что любил – не сказал,
Что люблю – не скажу.
Для чего говорить?
Ничего не вернешь,
Между мной и тобой
Расстоянья и дождь.

 

Там, где долгая зима

Там, где долгая зима, летит
снег, снег,
Там, где долгая зима, звенит
смех, смех.
В вечных сполохах костров погас
день, день,
И окутала нас
ночь, тень.

Там, где долгая зима, летит
снег, снег,
Там, где долгая зима, звенит
смех, смех.
И бегут олени солнцу
вслед, вслед, вслед,
Нашей песне не кончаться,
нет, нет, нет.

Там, где долгая зима, летит
снег, снег,
Там, где долгая зима, звенит
смех, смех.
Снится нам кафе далеких
свет, свет, свет,
Мы не видели их столько
лет, лет, лет.

Там, где долгая зима, летит
снег, снег,
Там, где долгая зима, звенит
смех, смех.
Снится нам подруг веселых
смех, смех.
Только к ним пути засыпал
снег, снег, снег.

Вот еще одна песня с которой связано много воспоминаний, потому что когда она звучала в компании, то ее просили петь по несколько раз и посиделки тоже заканчивались этой песней. Как-то в Рахове мы зашли в небольшой винный подвальчик, конечно с нами была гитара. Так вот весь вечер Артамон под заказ пел эту песню, нас весь вечер угощали все кому не лень. Вот, что значит, сила таланта...

Спокойной ночи

Ещё вино рекой по кабакам,
И в барах музыка грохочет.
Вот мы пришли –
Спокойной ночи, вам.
Спокойной ночи, вам.
Спокойной ночи.

А тени жмутся по своим дворам,
Боятся ночи тени очень.
Я ж говорю: Спокойной ночи, вам.
Спокойной ночи, вам.
Спокойной ночи.

Я ухожу, а улица не спит,
И где-то музыка грохочет,
В ушах зовет, и шепчет, и кричит:
Спокойной ночи, вам.
Спокойной ночи.

По мере поступления материалов сейчас слово и микрофон предоставляется еще одному другу, однокурснику, однокашнику Владимира Артамонова - Валере Певзнеру, барду, поэту из Нью Йорка...

Иногда смотрю на небо.
Вместо звезд друзей встречаю...
Даже солнце скажет: "Мне бы 
Знать ответ. Но я не знаю..."

И вспомнилась старая притча о том, как Душа близкого на небесах попросила утолить жажду.
На ее вопрос "Почему другим приносят воду, а ей вино?" Б-г ответил:
"Пока о тебе помнят будешь пить вино..."
 
Итак, сначала было слово.
Вернее, его мама - Ольга Георгиевна  Артамонова.
Это был далекий 1962-й год, Днепродзержинский индустриальный техникум , спецгруппа...Звучит, как шифровальный отдел какого-то необозначенного ведомства, но на самом деле из нас готовили синхронных переводчиков. Ольга Артемовна и Майя Яковлевна Фарбман были нашими кумирами и не было для нас, пятнадцатилетних, ничего более важного, чем знать наизусть  два тома Бонка и лингафонный курс в текстах.

 

" Там юностью болели мы -
Такое вышло времечко..."
 
А с сыном Ольги Артемовны, Володей Артамоновым, я познакомился в 66-ом, поступив в группу сварщиков МСП- 66-1Д нашего прославленного ДИИ. 
Высокий, неразговорчивый, с ясными глазами, скрывающимися за черной оправой очков, рассудительный и надежный представитель дома напротив индустриального техникума, где обитали наши главные друзья - Юра Гитин, Вова Титаренко,Таня Татарцева, Ира Криворучко, Мила Крайзель...
Через дорогу жил Саша Русаков и Милочка Кудревич.
Я помню их всех - неспокойных и жизнерадостных сверстников из ревущих шестидесятых!
Группа у нас была интересная во всех отношениях. Мы были первой в системе подготовки инженеров-сварщиков и жизнь показала впоследствии смысл воплощения правильных идей. Мы все в ней состоялись!
Паша Ивченко, Вова Артамонов, Толя Масла, Вася Рак, Витя Федоренко, Тамара Фиськова, Сережа Курманов, Миша Каменский, Юра Гитин, Вова Титаренко, Ира Безуглая...Все были яркими и незабываемыми...
Да и дружили мы здорово, встречаясь в общих аудиториях с группами автоматчиков, механиков, литейщиков и прокатчиков.
"...нам было весело тогда
В обжитом голубятнике..."
 
Артамон всегда что-то писал.
У меня перед глазами стоят его буквы - немного с левым уклоном, чуть большие и почему-то в синем цвете... Могу и запамятовать, ведь прошло больше полвека, но наш общий друг, Вова Данченко, поправит, если что не так.
Писали мы с ним оба - каждый по-своему, но часто об одном, вернее, об одной девчонке из АМ-66-1Д.
Люсенька Бограчевская.
Мы никогда не пожалели об этих наших душевных странствиях!
А судьба нас с Вовой очень часто водила по одним и тем же  дорогам.Словом, это понятно, что могут испытывать два влюбленных пингвина на одной льдине... Нет, не угадали! 
Мы испытывали не по-детски огромное уважение друг к другу.
Тем более, что оба оказались отвергнутыми...
Кандидат технических наук Патер-Разумовский увлек многих своей идеей ходить в горы и Артамон с Даней были в их числе. Песни у Вовы появились и про Домбай, и про Петропавловку, и про сигареты, и про нашу несостоявшуюся любовь. 
Свои строчки я до сих пор помню: 
На душе ураган ретивый
Разбросал,  окунул все в слякоть,-
В этом реве души мотивы:
Ей не хочется даже плакать...
У Данченко есть другая часть нашей коллекции.
А полвека назад мы поехали с Вовой на производственную практику в Херсон. Работали мы посменно и жили на Ушакова в общежитии.
Интересно жили, насыщено. И песню написали. Ей сегодня 50! С Днем рождения! 
А потом была преддипломная практика в Киеве.
Мы с Володей попали в Институт им. Патона, в отдел 23 под руководством Юрия Арсентьевича Юзвенко.
Порошковая металлургия.
Своего руководителя я не помню, а у Вовы был Валентин Мозок, удивительно интересный и незабываемый.
Жили мы вместе, снимали с Вовой комнату на Красноармейской, 123.
Заходили в Троянду Закарпатья и кафе Либ¡дь, укладываясь в наши студеческие возможности.
 
Много воды утекло с тех пор, и я уверен в том, что если Вова Артамонов попросит напиться, то ему принесут бокал вина...
 
Светлая тебе память...

 

              Раз уж включился в воспоминания Валера Певзнер, не могу не рассказать подробности одной истории и одной из душещипательных песен Владимира Артамонова, а вернее об одной неразделенной любви.

Времени прошло много, разочарование потерь  и разлук прошло. Сейчас можно  об этом  говорить даже с юмором. А героями этой истории являются мои друзья Владимир Артамонов и Валерий Певзнер.
Да, надо еще назвать и третий угол любовного треугольника – Люсенька Бограчевская. С Люсей я учился в одной группе – АМ-66-1д, а Валера с Артамоном в МСП-66-1д.
Итак...
Оба мои друга сохли по Люсе, а Люся была непробиваема, как Китайская стена. Оба писали ей стихи,  пели ей песни.
А Люся любила только учебу и себя. Да, училась она очень хорошо, а на это, сами понимаете, уходило много времени.  Где ж тут место любви?
Помню, что я пробовал ее образумить в отношении Артамона. Как бы даже не в этот момент, где меня незаметно подстерег Антон Котляр - наш студенческий горе-фотолюбитель и Алхимик

Но Люся видимо имела свои взгляды на свое великое предназначение.
О том, что Володька Артамонов сох по ней, уж очень страдал, писал стихи  и пел тоскливые песни – я знал, т.к. дружил, ходил с ним в походы и слушал эти страдания под гитару не один раз… 

Вот эта песня. Я эту песню просто обожаю и всегда с удовольствием исполняю сам. И всегда помню об этой полувековой истории...

Мне порою небо синее, синее,
Мне порою тучи на солнце жгучем,
Мне порою горы покрытые инеем,
Да и та, что в мире всех кажется лучше.

Я брожу по свету, мотаюсь где-то,
Я ищу покоя в бездомных тревогах,
А она чужою любовью согрета,
Обо мне не помнит совсем недотрога.

Я ее пытаюсь забыть вечерами,
Говорю: "Все кончено, песня допета".
Но ведь поймите ребята Вы сами,
Как забыть любовь, если есть она где-то.

Если надо мною смеется зараза,
Лишь только косится кокетливым глазом.
Если своенравно плечами поводит,
Если где-то дышит, думает, ходит.

Мне порою небо синее, синее,
Мне порою тучи на солнце жгучем,
Мне порою горы покрытые инеем,
Да и та, что в мире всех кажется лучше.

Позднее просматривая свои старые записи студенческих лет, попалась мне одна страничка в песеннике и проведя биссектрису в этом Любовном треугольнике у меня все стало на свои места...

Пазлы сошлись, а потом, уже через много лет мне об этом поведал и Валера Певзнер.
Нашлись стихи  Валеры на выше описанную душещипательную тему, да еще и с собственноручной подписью!!!

И только теперь  я понял о ком это он...

Вот так  через полвека раскрываются человеческие тайны, от которых комок к горлу подступает.
И Артамона уже нет с нами…

Да, что ушло, то не вернёшь обратно. Может не стоит это вспоминать, но из прошлого рвутся в памяти слова:

Для тебя одной, моя ладушка,
Со светелкою терем выстрою.
Среди гор крутых и лесов густых,
Чтоб текли вокруг реки быстрые…


На земле  искал, под землей искал,
Я б не ел не пил дни и ночи,
Для тебя б нашел,  для тебя б сыскал
Аленький цветочек…


В красную парчу, в золото и шелк,
Я б одел тебя как жар-птицу,
Но увел тебя горбунок –конек,
Ты ж моей осталася царицею…

Но хватит о грустном. Оставим сентиментальность и лирику для более подходящего времени. А сейчас я хочу осветить еще одну сторону творчества Артамонова. Владимир имел очень тонкое чувство юмора. В те времена не было шансона, но был Высоцкий с его балладами, сказками и было много смешных, веселых, но, конечно, и блатных песен. И в его творчестве не минули и эти направления...

Куликово поле

Как на поле Куликовом
Запищали кулики,
И в порядке бестолковом
Вышли русские полки.

Как дыхнули Г… три точки
На версту разит,
А на поле пни до кочки,
Будет враг разбит.

ПРИПЕВ: И налево нас рать,
И направо нас рать,
Хорошо после пьянки
Мечом помахать.

Была сеча зла и люта,
Только пух летел да прах,
Наши бились очень круто,
А татары ох, да ах!

ПРИПЕВ: И налево нас рать,
И направо нас рать,
Хорошо после битвы
Пойти забухать.

Как ____ Г… три точки
За версту разит,
А на поле трупов кочки,
Видно, враг разбит.

ПРИПЕВ: И налево нас рать,
И направо нас рать,
Хорошо после битвы
Пойти забухать.

Гимн сварщиков

А ты мне не подставь щеки,
Не ангелы, мы сварщики,
Мы зажигаем голубые огоньки,
Работаем так от зари и до зари,
Считаем черву козырем,
Прикуриваем только от души.

И не мечта нас всех манила,
И не золотая жила,
А упорная наша кость
И природная наша злость.

И электродом-пальчиком
Рисуют ловко мальчики,
От них давно девчата без ума.
Защитные надев очки,
Красивей станут девочки,
И скажут все об МСП: «Вот это да!»

От Шебелинки до Горы
Со сварщиками все на «вы»,
Мы зажигаем голубые огоньки,
Работаем мы как бульдозеры,
Считаем черву козырем,
Прикуриваем только от души.


Вот мы снова едем, едем

Снова едем, едем, едем,
Там, где белые медведи,
Там, где тундра и сплошные лагеря.
С нами едут Коля, Федя
И еще полсотни едет,
В эти дикие, далекие края.

ПРИПЕВ: Не хвались, Кавказ, горами,
Как красавица грудями,
Не такого повидали, ты и я.
Вспомни Керя,
Помнишь Керя,
Как на баку углы вертели,
Как нас с тобою повязали опера.

А вокруг всё тундра, тундра,
И сидеть здесь очень трудно,
И свирепствует начальник, как кощей,
И пожрать здесь очень скудно,
И без баб до смерти нудно,
Мы решили когти рвать из лагерей.

ПРИПЕВ.

Снова едем, едем, едем,
Я и лучший друг мой Федя
К морю Черному отведать шашлыка.
На Кавказе много водки,
Много пива и селедки,
Но роднее нам с товарищем тайга.

ПРИПЕВ: Не хвались, Кавказ, горами,
Как красавица грудями,
Не такого повидали, ты и я.
Вспомни Керя, вспомни Керя,
В тундре белые метели,
Вспомни Керя, вспомни Керя, лагеря.


О Сибири

Огромен край Сибири русской,
На 1000 верст кругом одна тайга.
В тайге пропал метеорит Тунгусский,
И до сих пор с Подкаменной Тунгуски
Нет весточек о нем.

И от Уральских гор до Магадана
На 1000 верст один закон – тайга.
Его статьи на память знают
И с увеличеньем выполняют и волки, и ЗК.

Деревья, словно заводские трубы,
Макушкой подпирают облака.
И положив на полку зубы,
И день, и ночь их валят лесорубы
Уносит вниз река
(Бурная, злобная, гневная река)

Сжигая в пепел сосенки и ели,
И от земных освобаждаясь пут,
Взлетая ввысь, ракеты песни пели
О славных парнях с «эн-кой»,
Что небо стерегут
(Намертво, наглухо, накрепко стерегут)

И день, и ночь во всю горбатя спины,
В тайге, в тайге геологи бредут.
По их следам над краем комариным
Во весь свой рост поднимутся плотины,
Турбины заревут
(Весело, здорово, красочно будет тут)


Про охоту

Походный сложен рюкзачок
И заготовлены патроны,
Ружье надежное, ствол чок,
Мерцает сталью вороненой.

Считаем с нетерпеньем дни,
Переживаем, как погода?
Так берегитеся, крыжни,
Ведь начинается охота.

Волненье наше тот поймет,
Кто раз встречал в затоках зорьку,
И ждал, когда начнется лет,
И разряжал в гусей двухстволку.

Вот понеслася в небесах
Наша кровавая потеха,
Повсюду слышно «бах» да «бах»,
Лысухам только не до смеха.

А вечером у костерка,
Приняв вовнутрь по стопке «горькой»,
Мы травим байки допоздна,
Хотя давно пора на койку.

На завтра вновь с зарей подъем,
На номера ребят расставить...
Вот потому не то, чтоб пьем,
А так, чтоб только глаз направить.

Когда воротимся домой,
И засыпаем, сквозь дремоту
Нам снится вечный непокой,
Что называется охота.


О себе

Хотел бы быть, друзья, поэтом,
Писать прекрасные стихи,
Писать стихи про то, про это,
Не умирая от тоски.

Хотел бы быть я музыкантом,
Чтобы мотивы сочинять,
И своим творческим талантом
Ваш слух чудесно услаждать.

Хотел бы быть я агрономом,
Чтобы возделывать поля,
И чтоб кормилася с района
Все моя дружная семья.

Хотел бы быть я сталеваром,
Работа трудная; отнюдь,
Там получаешь денег мало,
И нынче не в медалях грудь.

Хотел бы быть я космонавтом,
Вот только б в космос не лететь…
Внутри меня мои таланты
Застыли, как земная твердь.

И понял я, что карты биты,
Не закрепляюся ни в ком,
Я стал – чиновник, паразитом,
В простонародье мудаком!

О часиках

Прозвенели часики – семь утра уже,
Суетятся часики в автомандраже.
Где-то крутят музыку громкою невмочь.
Кто-то дурью мается, знать, не спал всю ночь!

ПРИПЕВ: Некогда жить, некогда любить,
Некогда залётное счастье заловить.
Некогда, некогда память ворошить,
Помирать нам некогда – значит, надо жить!

Рад я делу всякому, что ещё могу,
И слегка позавтракав, утречком бегу,
Целый день наполненный разной суетой,
Что-то он напомнил мне вновь про нас с тобой.

ПРИПЕВ. Некогда жить, некогда любить,
Некогда залётное счастье заловить.
Некогда, некогда память ворошить,
Помирать нам некогда – значит, надо жить!

Люди, человечки, где-то ищут вновь,
Я ж тебя за плечики обниму любовь.
Всё же души сотканы для любви, тепла,
Ведь добро-то все-таки долговечней зла.

ПРИПЕВ: Некогда жить, некогда любить,
Некогда залётное счастье заловить.
Некогда, некогда память ворошить,
Помирать нам некогда – значит, надо жить!

Владимир Данченко

Продолжение будет...

Просмотров: 167 | Добавил: radselo | Рейтинг: 3.0/1
Всего комментариев: 5
+1   Спам
4 boss   (15.03.2017 01:27)
Так уж сложилось в моей личной жизни, что мысли мои невольно коснулась светлой памяти двух Владимиров - Артамонова и Певзнера.13 марта моему меньшенькому было бы 62...
И хочу искренне поблагодарить судьбу за еще одного Владимира, чье участие в нашей жизни всегда в радость.
Спасибо, Данченко!

0  
5 radselo   (15.03.2017 16:34)
Благодарю за высокую оценку моих скромных усилий

+1   Спам
2 Мила   (14.03.2017 02:14)
На одном дыхании прочла страницу, посвященную памяти нашего талантливого однокурсника Володи Артамонова! Восхищена его талантом ,необычайной тонкости и душевности.И опечалена его таким ранним уходом из жизни.

0  
3 radselo   (14.03.2017 14:44)
Сегодня материал еще добавлен

1 Gitin48   (13.03.2017 01:50)
СВЕТЛАЯ ПАМЯТЬ!

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]